avblex

Ролевая игра «XVI. Шаг в Бессмертие»

Отчет

Первоначально этот ролевой проект привлек меня возможностью реализовать свой творческий потенциал в области мореходства и кораблестроения. Ожидалось достаточно большое водное пространство, интересные взаимодействия и новые расширенные правила по мореходству. Определенную уверенность в успехе проекта при всей его масштабности вселяли организаторы, доказавшие свою состоятельность ролевой иргой «Константинополь. Еще одна весна», в которой довелось лично поучаствовать.

Я собрал команду, и за 4 месяца мы спроектировали и построили французскую каракку, получившую при сходе на воду имя «Ла-Гранж» в честь фамильного замка хозяев корабля – братьев д'Албани. Правда, права на замок, дворянский титул и наследство еще надо было доказать…

История капитана Проспера

И вот 7 июля 1566 года в гавань Ла-Рошель вошел тяжелогруженый двухмачтовый трехпалубный корабль под началом капитана Проспера д'Албани. Его команда – помощник и младший брат капитана, канонир, создатель корабельной артиллерии Серж д’Албани, шкипер, немного сумасшедший, но безмерно талантливый механик-испытатель и находчивый морской бродяга Грегуар Лаиньи, а также матрос-философ Пьер Лоти давно не были дома и поэтому с трудом узнавали побережье Ла-Рошель. Хмурая погода и тучи гнуса протестантской обители были единственным напоминанием о прежнем городе.

Вместе с командой с борта корабля спустились воспитатели Парижской детской гимназии со своими подопечными – они держали путь домой в Париж. Моряки помогли им добраться до Парижа, а затем, по просьбе местных жителей и лично Её Величества Королевы-Матери занялись строительством в Ла-Рошели портового пирса-пристани. Многие жители поучаствовали в этом нелегком деле. Благодаря общим усилиям пристань получилась прочной и надежной, рассчитанной на несколько кораблей. К вечеру 8 июля 1567 года по пирсу Ла-Рошель уже прогуливались влюблённые парочки и любовались закатом. И вот уже первые гости – к новому причалу величественно подошел английский фрегат Френсиса Дрейка. С борта «Золотой Лани» с дружественным, как выяснилось, визитом спустилась Её Величество Королева Английская Елизавета.

Для «Ла-Гранжа» и его команды начались рабочие походы с торговыми целями в порты Англии и Шотландии. В этих кампаниях Проспер не участвовал, доверив командование кораблём своему брату Сержу. Младший д'Албани сумел доукомплектовать команду и неплохо заработать на перевозке пассажиров и торговле, в то время как капитан, получив письмо от умирающего дядюшки, занимался вопросами наследства. В письме сообщалось об официальном завещании старинного замка Шато де Ла-Гранж, подвалы которого были наполнены фамильными коньяками, а 30 акров прилежавшей земли засажены элитными виноградниками. Все выглядело достаточно заманчиво, но след завещания безнадежно терялся где-то в Шотландии…

Летом 1568 года корабль вновь был готов к дальним походам, и первым из них должна была стать экспедиция в Новый Свет, организованная графом де Колиньи. Колониальные дела требовали внимания, больших вложений и новых поселенцев. Однако война в Наварре отложила возвращение капитана Проспера, да и корабль явно задерживался в очередном рейсе к Туманному Альбиону.

Однажды вечером, когда команда сидела на корабле и читала молитвенник, на пирсе появилась знатная дама в сопровождении кавалера. У дамы было страстное желание попасть в Новый Свет, а глаза горели решимостью. Она говорила о гугенотах, о новых землях, о праведных стремлениях и о «Спасении в Новом Свете». Капитан не дал сразу однозначного ответа, но надолго задумался. Потом появились новые заботы, и главным делом для команды корабля стала экспедиция адмирала де Колиньи, а также дела, связанные с ремонтом – корабль неумолимо ветшал…

Несмотря на все трудности, осенью 1568 года из порта Ла-Рошель вышла отремонтированная каракка «Ла-Гранж» в направлении Нового Света. На борту она везла многочисленные товары для торговли с ацтеками; среди пассажиров был сын Гаспара де Колиньи, Фабиан – будущий губернатор французской колонии, послы Империи ацтеков, поселенцы, а с ними – неожиданно – мадмуазель Тереза де Граси – та самая дама-протестантка. Чтобы проводить экспедицию на городской пирс вывалил чуть ли ни весь Ла-Рошель.

Дорога в новый свет оказалась трудной и суровой. Мы спешили успеть до зимы. Корабль приходилось чинить прямо в пути – сказывалась спешка при сборах… Серж д'Албани был вынужден пробираться по суше землями католической Испании, с которой Франция находилась в состоянии войны. Но удачливый гугенот захватил с собой бочонок рома, и, благодаря этому, избежал инквизиции и прочих бед, а потом прибыл в порт Лиссабона, где взошел на борт полегчавшего на троих пассажиров корабля. В Атлантике «Ла-Гранж» также отчаянно трепало предзимними штормами, но, в конце концов, он бросил якорь в бухте Французской колонии, где к тому моменту не осталось ни одной живой души.

Новые колонисты бросились срочно готовиться к зиме – край, открывшийся им, был суров, безлюден и опасен. Не хватало дров и воды. Ацтек, бесшумно появившийся из темноты, предупредил о беспокойности этих мест, и поклялся охранять нас и наше поселение – первой экспедиции удалось построить дружественные и уважительные отношения с племенами Империи ацтеков, но опасны были ирокезы, а пуще ирокезов – колонисты – испанцы и англичане.

Вместе с прибывшими колонистами команда приняла решение зимовать, поскольку залив уже начинало стягивать льдами, и целиком отдалась благоустройству зимовья, совсем забыв о необходимости охранять корабль в чужих и опасных землях.

И наказание пришло незамедлительно. После разгрузки каракки, лишь бегло осмотрев место будущего зимовья, капитан Проспер почувствовал беспокойство и в сопровождении помощника вернулся в гавань, но было поздно – они обнаружили полное отсутствие корабля. Кто мог угнать «Ла-Гранж» из гавани, когда вокруг – ни души?!

Смятение продолжалось недолго – из темноты опять появились ацтеки, которые привели с собой двух потрепанных английских матросов и молча вытолкнули их вперед. Один из матросов говорил о том, что он с товарищем с корабля Френсиса Дрейка, что корабль сожжен испанцами, а их прославленный капитан либо убит, либо в плену. В живых только они и остались… И теперь поворовывают по округе… Но жизнь здесь для них невыносима и они возвращают корабль, и смиренно просят вернуть их в Старый Свет, поскольку другой возможности вернуться у них нет. Бывший шкипер также намекнул на неплохое знание особенностей навигации и даже обещал выдать какой-то секрет в связи с этим, но все это осталось обещаниями… Договорились встретиться весной, когда корабль «Ла-Гранж» пойдет в обратный рейс. К тому же капитан Проспер не ожидал милости от здешних зим и предполагал потери в личном составе.

Мы поблагодарили ацтеков, попрощались с англичанами и, оставив корабль в надежно охраняемой бухте, отправились во Французскую колонию.

Да, жизнь первых поселенцев на Американском континенте была действительно нелегка и нам – среди них – это удалось глубоко прочувствовать. Без тепла и еды, в состоянии постоянной опасности, мы грелись в тепле наших взглядов и находили утешение в истинной вере в Бога. Так, за чтением Евангелия и постоянной молитвой наступил Рассвет…

В рассвете весны 1569 года новый континент открылся нам во всей красе и величии. Нам показалось, что это тот самый рай на земле! Холод и дожди остались в Европе, гнус и комары сменились здесь бабочками необыкновенной красоты, которые совсем не боялись человека.

Пришли послы от индейцев и объявили последние военные новости. Как же было приятно осознавать, что нет больше англичан, и нет больше испанцев, и даже ирокезов нет… Только мы и наши друзья ацтеки.

Настало время Большой Торговли. Мы поднялись вместе со своими братьями по вере в город Империи ацтеков, чтобы попробовать торговать с этими людьми… Товары стали быстро кончаться, а вместе с ними – понимание того, куда мы попали. Вокруг все было иным. Величественные пирамиды, кровожадные ягуары, говорливые почтеки… У них был не просто другой язык. У них был другой мир со своими понятиями, ценностями и идеалами. У этих людей было чему поучиться. Они были мудры. Они не просто хорошо знали окружающий их мир – они жили им – в полной гармонии с природой. Какими же чудовищными на этом фоне увидели мы их ритуалы и обряды. Наверное мы никогда не сможем до конца понять этих людей…

Просперу запомнилось одно из индейских суждений в отношении нас – пришельцев – и их кровавых богов. Вы, говорил ацтек, часто и легко убиваете друг друга – это нравится нашим богам… Тогда капитан подумал, что будь-то выстрел из аркебузы или ритуальное жертвоприношение на вершине пирамиды – суть убийство. И если бы индейцы также часто, как убиваем мы, приносили свои жертвы богам, то Америка утонула бы в море крови, из которого только и торчали бы вершины белоснежных пирамид ацтеков…

Мы уходили в обратный путь, увозя с собой богатые колониальные товары, беглых матросов и большое и противоречивое чувство любви к этому непознанному и удивительному континенту.

На берегу вместе с остальными поселенцами стояла и махала нам в след тонким батистовым платочком нежная и хрупкая Тереза де Граси – именно благодаря этой маленькой, но стойкой женщине, её железной вере и уверенной убежденности Франции суждено было стать в Новом Свете надёжным оплотом для всех протестантов, которых терзали и резали там – за океаном – в Старой Европе.

Спустя несколько месяцев плавания «Ла-Гранж» бросил якорь у берегов Шотландии. У нас на борту в качестве охраны был славный шотландец, мсье Корбен, у которого на один приклад аркебузы приходилось аж четыре ствола! В свое время мы приняли его в команду за обещание «жахнуть со всех четырёх». В морских странствиях мы подружились и теперь были очень рады его присутствию среди нас. Пяточёк на пиво в каждом порту – и мы могли располагать верной аркебузой, надежным гребцом, а также, как все шотландцы, веселым другом-сотрапездником, но это уже бесплатно. Приближалась его родина. Еще до сигнального залпа бортовых орудий Корбен уже был готов выпрыгнуть за борт в направлении родной Шотландии. Земля эта оказалась действительно хоть и суровой, но веселой и гостеприимной. Огромный, со вкусом обставленный паб, был для местных завсегдатаев как дом родной. Тем более что других домов в округе не было видно…

Выпив прославленного Шотландского пива, порешав торговые дела и обновив команду, мы двинулись было в дальнейший путь. Но внезапно вспомнив о наследстве д'Албани, Проспер развернул корабль. Спустившись на берег, он узнал, нет ли среди шотландцев человека по фамилии МакГрин, фехтовавшего на дуэли во Франции насколько лет назад успешнее своего противника? И ему ответили, что да, здесь знали такого шотландца, но этот человек погиб, оставив письмо на имя Проспера д’Албани.

Мы с братом дрожащими руками развернули ценный документ. В нём за подписью моего дядюшки значилось, что отныне замок и прилежащие земли принадлежат нам. Вот так в Шотландию приплыли обычные мореходы, а покидали её высокородные дворяне, хотя столь же бедные и свободные.

На прощание нам подарили любимую шотландскую овечку Элизабет, которая перекочевала на борт «Ла-Гранж» и осталась там навеки в память о гостеприимной Шотландии.

Порт города Лондона отличался хорошим пирсом, активным корабельным трафиком и чувствительным сбором за постой. В Английской столице у нас не было торговых дел, а шотландцев с борта нашего корабля на берег просто не пустили. Поэтому бегло осмотрев город под контролем начальника портовой службы, удивившись чопорной сдержанности англичан и поблагодарив за все это, капитан Проспер скомандовал отправление.

Порот Амстердам. Пустая таверна. Пара постоянных клиентов, подперев утомленные головы, чтобы не падали в разлитое по доскам стола пиво, явно скучая, лениво отмахиваются от жужжащих вокруг медленных мух… На улице – жара. В порту – никого…

Мы даём сигнальный залп и с ходу промахиваем мимо единственного маленького причала этого порта. Под шуточки немногочисленных местных жителей снимаемся с мели и чалим свой корабль у пирса. Следом за нами медленно чалится громадный английский фрегат по имени «Барсук». Кто-то из зевак замечает, что такого наплыва гостей этот город давно не помнит…

Таверна мгновенно наполняется разношерстым народом, гудит, пыхает трубками, звенит железом, пахнет потом и солью. Милая хозяйка начинает мелькать, разнося еду и пиво, протирая столы.

Утомленные и заросшие моряки знакомятся, жмут друг другу руки, выдают короткие, но ёмкие тосты, стучат кружками. Местная похлёбка из куриных сердечек с фасолью явно пришлась большинству по вкусу. В зале то здесь, то там объявляются последние новости, байки, сплетни… Из толпы встаёт капитан «Барсука» и выкрикивает: «Господа, хотите последнюю новость о капитане Дрейке?» Зал одобрительно затихает…

«Как известно, Дрейк угодил в плен к испанцам, которые спрятали его в Ордене Иезуитов. Однако в Ордене капитана приняли на равных, как друга. А, между тем, на родине у Дрейка решили, что прославленного капера нужно срочно выручать и выслали ему по почте батон с напильником внутри, дабы тот пропилил свои решётки. Батон доставили точно в руки Дрейка, когда тот пребывал на общей вечерней трапезе Ордена. Находчивый капитан, не знавший ничего о содержимом батона, встал и предложил преломить этот хлеб в знак дружбы. Занавес.»

Вся таверна затряслась от ответной реакции публики.

...Но настоящие корабли не стоят подолгу в одном порту. Мы поднялись на борт и отплыли в сторону родного Ла-Рошели. Следом отчалил «Барсук»… Таверна снова погрузилась в тишь и дрёму.

Но вот в туманной дымке показался долгожданный Ла-Рошель, где нас ждали и верили, что мы вернемся. Ура! Мы вернулись! Слава богам!

Корабль, потрепанный в дальнем путешествии, требовал ремонта едва ли более, чем Гаспар Колиньи – новостей из Нового Света. Новости были хорошие – мы передали письма и послания, а вот дохода с этой экспедиции выходило никакого, да и государственные бюджеты, которыми в какой-то мере располагал граф Колиньи, показывали дно… Следующий поход в Новый Свет вставал под вопрос, однако адмирал поклялся сделать всё, чтобы повторная экспедиция состоялась.

Проспер искренне надеялся, что денег, оставшихся в наследство, хватит, чтобы хоть частью покрыть расходы на ремонт корабля, однако в банке им протянули 2 литра вина и сказали, что это всё. Поместье пришло в упадок… Фамильные коньяки выпиты… Вместе с ними улетучились последние надежды на повторную экспедицию.

Но там, в Новом Свете остались наши братья и сёстры. И они ждут свежие булочки от мадам Бриошь из Парижа, нас и новых поселенцев... Тем более что за своим сыном в Новый Свет собирался отплыть навсегда и сам Гаспар Колиньи… Мы не могли допустить провала и закупили булочки.

Потом был ещё один морской поход в Шотландию. Мы возили духовенство, новобрачных, мамаш с детками, грузы и прочее. Зарабатывали на новую экспедицию в Америку. И вот, к осени 1569 года как всегда в спешке, как всегда недоделанным наш корабль принял на борт адмирала французского флота графа Гаспара де Колиньи и лихую команду, чтобы отправиться в новое плавание к благословенным берегам Нового Света. «Ла-Гранж» снова трепали шторма, но он выдержал…

А где-то примерно в это же время старый часовой береговой службы порта Лиссабона с печалью в голосе говорил своему молодому напарнику, что это был последний корабль, идущий в Новый Свет. А ведь это – действительно был последний корабль, закрывавший сначала свою собственную навигацию (в связи с утонувшей линейкой)), а затем и всех других (в связи с утонувшим буем)). Сам господин адмирал прокладывал этот маршрут, но в гремящих водах осенней Атлантики несложно заблудиться – мы поняли ошибку и вернулись на пару предыдущих буёв. Были внесены корректировки в расчеты, и мы отправились на следующую точку, на которой только что были… В поисках её мы провели едва ли не месяц, то так и не нашли. Буй исчез. Возможно, наша несчастная каракка так и сгинула бы, не дойдя до Американского берега, но пара глотков специально припасенного на самый черный день капитанского Кедрового Рому вернула боевой дух не только команде, но и мастеру, встречавшему нас в Америке, и поселенцам нас порядком заждавшимся.

Встреча была искренней и теплой. Мы почувствовали, что вернулись домой. Хотя, где он – дом морского бродяги? Там, где брошен якорь! Чего не скажешь о действующем губернаторе Французской колонии. За прошедший деятельный год он вспахал много земли и вырастил столько урожая, что позавидовали даже ацтеки! Вино текло рекой, золотой песок переплавлялся в слитки, прибывали новые поселенцы… В общем жизнь кипела. Бабочек постепенно сменяли оводы и слепни…

А на высоком холме столицы Империи ацтеков заходился в ритуальном танце Великий Народ уходящей Цивилизации. Те, кто придут им на смену, скромно стояли на берегу и смотрели на все это буйство стихий, в душе жалея странных и непонятных индейцев. Потом повернули к своим бедным шатрам, чтобы почитать молитву и тихо отойти ко сну – на завтра их ждали Великие Дела!

Капитан корабля «Ла-Гранж»

Проспер д'Албани

13 июля 1572 года от Рождества Христова.